Осуждение

Господь сказал: "Не судите, да не судимы будете".

Вот самый легкий способ, как мы можем избавиться от вечного осуждения, от погибели. А мы забываем слова Христовы и как только соберемся двое-трое, так и начинаем раз­бирать чужие дела: тот пьяница, тот злодей, а тот вор и развратник, муж не любит жену, мачеха бьет падчерицу и т. п. И так увлекаемся беседой, что не хочется расставаться. Мы видим, как собе­седнику нравится наш разговор, стараемся, в уго­ду ему, припомнить самые мелкие детали, кото­рые, как нам кажется, доказывают виновность тех, кого мы осуждаем. Собеседники нам кажутся рассудительными, приятными людьми, с которы­ми можно "душу отвести". Есть такое выражение: "душу отвести". А куда? В ад, конечно.

Про духовную беседу говорят иначе. Говорят, разговор с этим человеком услаждает душу. А ес­ли разговор не услаждает душу, а отводит... от благочестия, значит, собеседники толкают друг друга в ад кромешный. Человек сам грешит и другого наводит на грех. Вот ведь как страшно!

Почему Господь так строго спрашивает за осу­ждение? Да потому, что этим мы противимся Его святой воле. Иисус Христос пришел в мир для того, чтобы грешного спасти, а мы без всякого сострадания бьем их словом и делом, и тем губим их. Сами того не замечая, мы подражаем бого­противным бесам и помогаем им губить себя и ближних, когда выставляем грехи их и доводим друг друга до осуждения.

Ведь, по сути дела, что такое грех? Это тяже­лая, опасная, мучительная болезнь души, а душе­вная болезнь тяжелее, хуже телесной болезни. Те­ло как бы тяжело ни болело, болезнь эта времен­ная, со смертью она исчезает, а болезнь души, т.е. нераскаянный грех, переходит с нами в веч­ность.

Грех — это грязь, мрак, зловоние, мерзость... Суди сам, может ли душа войти в Царство небес­ное, если она больна? Не только мы с тобой, но и каждый скажет, что, пока душа не выздоровеет, пока не очистится, она не может насладиться вечной радостью. А Господу жалко нас, жалко грешников — душевных страдальцев. Ему хочет­ся, чтобы все христиане спаслись, поэтому Он призывает к покаянию, которое как универсаль­ное лекарство лечит всякую болезнь души, всякий грех.

Мы же противимся воле Божией и вместо того, чтобы посочувствовать душевно болящим греш­никам и со слезами умолять Господа о помилова­нии их, чтобы Господь призвал их к покаянию и очистил души их, мы своим осуждением усили­ваем их болезнь, делаем их худшими, еще более раздражительными, ожесточенными, закоренелы­ми, и нередки случаи, когда повторяют грех как бы только назло тем, кто их осуждает. Вот и по­лучается, что одним ударом мы убиваем сразу двух зайцев. Зайцев ведь грех убивать ради заба­вы; всякое дыхание да хвалит Господа! Ну разве только шкурки ради... А бывают случаи, когда убивают их, как говорится, от нечего делать.

Избави, Господи!

И вот одним словом осуждения мы сами себя и их, если они раздражаются, готовим вечному огню; убиваем в себе добродетель, благодать от­ходит, и усиливаем душевную болезнь и мораль­но убиваем тех, кого осуждаем. Каждый из нас на себе испытал, как тяжело бывает переносить осу­ждение и клевету, но кто вразумляется этим опы­том? Сами страдаем от других, осуждающих нас, и сами же заставляем страдать ближних по той же причине. Вот за такое неразумие и наказывает нас Господь, за нашу жестокость и черствость Он отнимает благодать. Мы сами себя черним греха­ми, отталкиваем от себя спасение, делаемся непо­требными в очах Божиих.

Господь говорит: "Милости хочу, а не жерт­вы". Иной много молится Богу и мало ест хлеба, ночи проводит в бдении и вериги носит, а сам такой злой, что ни единого слова противного терпеть не может. Кичится, величается внешними своими делами, а Господь ждет от нас прежде всего внутреннего исправления. Господу нужно сердце чистое, сердце, милующее всех, не осуж­дающее, любвеобильное. Если б человек сердце свое смог хранить чистым, на нем бы исполни­лись пророческие слова Господа: "Говорю же вам истинно: есть некоторые из настоящих здесь, ко­торые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие" (Лк. 9, 27). А когда подвиги совершаются для своей славы, а не во славу Божию, то это не угодно Богу и во вред самому себе. Человек начинает тщеславиться своими подвигами и до­брыми делами, как фарисей, поэтому и осуждает других. Между прочим, Египетские старцы так боялись тщеславия, что ради него избегали до­брых дел. Конечно, происходило это на опреде­ленном этапе мудрой работы над собой, а тот, кто смотрит только на свои грехи и не видит добрых дел, тот не станет осуждать других, а ког­да увидит согрешающего, скажет: "Я хуже его, помоги нам, Господи, спастись!"

Чтобы не впасть в фарисейство, полезно делать добрые дела в тайне от других и даже от самого себя, т. е. так, чтобы левая рука твоя не знала, что делает правая; сделать как бы мимоходом, как бы между прочим, и тут же забыть навсегда, пускай знают только Бог и небожители.

Осуждение очень опасно и тем, что грех осуж­даемого переходит на осуждающего. Помню, был такой случай. Подходит старушка и говорит: "Ба­тюшка, помолитесь! Что за напасть? В молодости не чувствовала я такой страсти плотской, как сейчас. Что со мной?!" "Значит, ты осудила блуд­ника. Было такое?" "Было, батюшка, было! Со­седку осудила...""Ну вот, — говорю, — теперь кайся и проси у нее прощения. Не отчаивайся, пройдет". И действительно, как только она сказа­ла это соседке и искренно попросила у нее проще­ния, так все и утихло. Вот даже такие случаи бывают. Грех не разбирает возраста. Осудила — получай то же. Жестокость проявила к боля­щей, — проболей сама, чтобы потом стала мило­серднее. Это тоже милость Божия, ведущая нас ко спасению. Старушка рассказала потом, что этот случай сразу отрезвил ее. "Как рукой сняло! Как топором отрубило... Вижу, кто грешит, а сама себе говорю: Я ничего не вижу. Хватит мне своих грехов, чужих не надо".

Попробуй, мой друг, воспользоваться ее опы­том. Как придет помысл осуждающий, так гово­ри себе: "Зачем мне чужой грех? От своих не знаю, как избавиться!"

Существует такой закон в духовной жизни: как осудишь кого, так непременно впадешь в такой же грех. Многие познали этот закон опытом жиз­ни, а некоторые впадают в новые неизведанные грехи и удивляются, не хуже этой старушки: от­куда такая напасть? В таких случаях надо скорее припомнить, кого осудил, найти этого человека, исповедать перед ним свой грех и попросить про­щения, а потом исповедать грех духовному отцу, и тогда Господь простит, снимет этот грех.

Как заманчиво, как легко подметить чужой грех, недостаток и осудить человека. Это потому, что мы ублажаем свою страсть — тщеславие. В это время на фоне чужого греха мы кажемся себе лучше, чем другие, чуть ли не великими. Это лишь эффект, мы с негодованием обрушиваемся на бедного, несчастного грешника и за глаза, и в глаза: "Как тебя земля держит, не поглотила до сих пор? Как жена не прогонит пьяницу та­кого?"

— "Муж изменил? У-у! С таким бы я в два счета расправилась! Ну и глупая, что терпит!"

— "Как крольчиха плодовита! Сама нищая... какого по счету принесла! Ну вот... Надо прежде научиться жить, а потом и замуж выходить!"

В порыве своего мнимого величия и всезнайст­ва человек теряет границу допустимого, ум его помрачается, и он перестает распознать грех и благочестие. Никого уже не щадит: ни греш­ника, ни праведника. Всех подряд судит и рядит, широким жестом чужую беду одной рукой раз­водит... а вот к своей-то страшной беде (опас­ность гибели за осуждение) ума не приложить.

Тяжелый грех — осуждение грешника, а осуж­дение праведника — еще более тяжелый. За этот грех Господь сразу наказывает.

Мелхолла, жена пророка и царя Давида, посме­ялась над мужем — лишилась благословения ро­дить детей! Мариам, сестра пророка Моисея, осу­дила брата — покрылась проказою, а Ханаан даже проклят был за то, что осудил своего дедуш­ку, праведного Ноя, и посмеялся над ним.

Вот как страшно! А многие думают: "А! Пустя­ки! Подумаешь — слово сказал!"

Нет, это не пустяки! Расплата будет суровая для тех, кто так живет. Нельзя не только осуж­дать, но даже мыслить худое о человеке. Унизи­тельная мысль противна Богу, и Он наказывает за нее, особенно когда осуждают и уничтожают пра­ведников, а их часто бывает трудно распознать, потому что свое бесстрастие они утаивают под покровом противной страсти. Поэтому надо быть очень осторожным во всем. Не надо забывать и то, что раскаяние уничтожает как злые, так и добрые дела, поэтому никогда не сожалей о со­деянном тобою добре.

Да, страшно осуждать! По сути дела, мы судим самих себя, потому что каким судом судим дру­гих, таким и сами судимы будем, и даже более строго. Вот представь себе: мы с тобой в раз­говоре унижаем, осуждаем грешника, а Господь в это время принимает его покаяние и прощает, а может, давно уже простил его грех. Бог опра­вдывает, а мы обвиняем... значит, мы делаемся богопротивниками, антихристами, присваива­ющими себе власть Христову. Вот как страшно!

У Бога милости много. Сегодня грешник — друг сатаны, а завтра покается и сделается другом Божиим. Неизвестно, какой конец жизни будет его и наш. Разбойник людей убивал и взо­шел с Господом в Рай, а Иуда считался три года учеником Христа и попал в ад.

Итак, всеми силами избегай греха осуждения.

Последствия этого греха ужасны: им разрывается союз друзей, между родственниками проскальзы­вает ненависть и ссоры; укореняется ненависть в людях, ничего плохого друг другу не сделавших.

Бери пример с Иисуса Христа. Ни единого человека Он не осудил из тех, кто грешил по немощи своей, одних только фарисеев-лицемеров строго обличал, ибо они сами не шли ко спасению и другим препятствовали. Со всеми Христос был ласков, обходителен, внимателен, чуток; всех утешал, всем помогал.

Когда приходит помысел осуждений, вспоми­най распятого Христа и Его слова: "Отче! отпусти им, ибо не знают, что делают". Такими словами и ты молись за осуждающих, потому что те, кто судит и рядит, тоже часто не знают, что часто осуждают не за грех, а за добродетель.

Ну, например, осуждают за гордость смирен­ного человека только потому, что он не хочет с ними разговаривать (празднословить и осуж­дать), или осуждают благочестивых супругов за многодетность и т.п. Такие примеры бесчислен­ны, особенно когда праведники юродствуют. Мы очень часто ошибаемся в своих суждениях: кто не заслуживает похвалы, того мы хвалим, а кто до­стоин похвалы и чести, того мы порицаем и осуж­даем. Как это ужасно! Имей сострадательную душу, будь ко всем снисходителен, и ты не будешь осуждать.

Ты просишь объяснить, какое сходство и раз­личие между осуждением и обличением. Да, этот вопрос существенный.

Недавно тоже одно чадо спрашивает: "Батюш­ка, что это вы в одних книгах пишете: надо об­личать согрешающего и помочь ему исправиться, а в других книгах пишете: нельзя осуждать. Разве обличать и осуждать по существу не одно и то же?"

Далеко не одно и то же! И именно по сути дела не одно и то же, хотя, на первый взгляд, они сходны между собой. Обличение имеет цель ис­править человека, сделать его лучшим и спасти душу, а осуждение имеет цель унизить человека, омрачить, разбить жизнь его и погубить душу. Ты можешь возразить на это и сказать: "Ничего по­добного! Когда я осуждаю кого, я никогда не преследую цели погубить его. Просто выскажу свое мнение и все”.

Ой ли! Так ли это, друг мой? Если я спрошу тебя, а какую же тогда ты цель преследуешь, когда осуждаешь? Может быть, в глазах собеседника ты хочешь возвысить осуждаемого? Может быть, хочешь, чтобы у того появились добрые чувства и расположение к нему? Может быть, своим осуждением ты хочешь помирить их?.. Ко­нечно, нет, осуждение приводит как раз к обрат­ным результатам.

Назначение христианина, последователя Иису­са Христа, — делать добро и спасать души. Спа­сать себя, спасать ближних, поэтому, когда ви­дишь кого согрешающим, обличи его кротко, с любовью, но старайся не осудить. Господь пове­лел: "Если согрешит пред тобою брат, то иди и обличи его". Не сказал Господь: "Осуди", а ска­зал: "Обличи", чтобы исправить согрешающего. Можно даже и другому сказать о его пороках, чтобы и тот принял участие в спасении грешного, если одного тебя не послушает. Только говорить о пороках других можно надежному, благочести­вому, проверенному человеку, в ком уверен, что он не осудит и не повредит делу спасения.

Вразумляй заблудшего, не сомневаясь, хотя бы тебе за это пришлось потерпеть. Потерпи, вразу­ми, помоги, чем можешь, и ты получишь от Бога великую награду. Только не будь суров и груб в выговоре, храни себя от раздражения, от гнева... - Избави Бог, если почувствуешь, что начинаешь раздражаться, сразу переходи на другую тему разговора, не касайся обличения или даже скорей попроси прощения и удались, потому что обличе­ние, сказанное с раздражением, в грубой форме это и есть осуждение. В этом случае грешника не спасешь и себя погубишь. Кто обличает с ожесто­чением и унижением, тот берет грех его на себя так же, как при осуждении. Старайся отвратить его от беззакония не своим судом, но страхом Божиим. Кротко разъясни ему, как опасно для души делать такой грех, как это противно Богу и какое наказание ожидает его за этот грех.

Бывают случаи, когда такое кроткое и любве­обильное вразумление имеет столь великую силу, что перед мысленным взором грешника сразу как бы отверзается пропасть. Он явно начинает ощу­щать свою гибель и отчаивается в своем спасении. В этом случае утешь его такими словами: "Гос­подь милостив, все простит, только кайся и не делай этого после. А если принесешь обильные плоды покаяния и очистишь сердце, то счастью не будет конца..." И дальше развивай мысль, объяс­ни ему, какое блаженство предвкушают помило­ванные праведники, еще живя на земле, как до­стигается такое состояние... и прочее, что сам знаешь и можешь передать другому. А если он упорно будет оправдываться, тогда тотчас же переведи разговор на другую тему, иначе еще больше ожесточишь его сердце и уничтожишь в нем всякую наклонность к добру.

Кротко обличать и вразумлять очень полезно и душеспасительно для обеих сторон, но с крото­стью, смирением и любовью может обличать то­лько тот, кто сам свободен от страстей и пороков, особенно гордости, тщеславия и гнева, кто вразу­мляет не только словами, но и добрыми делами, а более всего примером доброй, благочестивой жизни. Иначе можно начать, как говорится, о здравии, а кончить за упокой, т. е. благое наме­рение помочь исправиться грешнику может об­ратиться в причину окончательной гибели его, если мы действительно будем по своим страстям действовать. Поэтому самое лучшее для всех — это молиться Богу за согрешающего и по пять раз целовать свой крестик за него утром и вече­ром ежедневно.

Ты еще не испытал, друг мой, какое благотвор­ное действие оказывает такое простое дело: поце­ловать крестик? Вот попробуй! Сам убедишься, без лишних слов.

В отношении же обличений не смущайся, при­ступай к этому смело: на то воля Божия для тебя лично, но только не тщеславься, не кичись перед собой и другими, что, дескать, отец духовный благословил. Будь смиреннее. Вспоминай слова Священного Писания: "Не многие делайтесь учи­телями, зная, что мы подвергнемся большому осуждению" (Иак. 3, 1), если будем больше осуж­дать, чем вразумлять, или будем тщеславиться своими знаниями и добрыми делами.

Уста свои отверзай только для молитвенного славословия, прославления Бога, для кроткого вразумления согрешающих и для краткого ответа вопрошающим, в остальное время храни уста, т. е. молчи, и твори непрестанную, неразвлекаемую молитву.